Интервью с группой “Максималист”

Редакция журнала Цифровая Ласточка объявила о начале нового сезона публикаций, и его отправной точкой станет тема, важная и острая для современной России — национализм. Речь пойдет не только о политической практике или лозунгах, но и о том, как это явление укоренено в истории, философии и культурном наследии страны. Авторы намерены рассмотреть национализм как многогранное явление, которое всегда балансировало между защитой идентичности и угрозой замыкания в изоляции.

Особое внимание редакция уделит историческим этапам развития националистической мысли в России: от дореволюционных идей и народнических споров до трансформаций XX века и современных трактовок. Важно показать, как национализм пересекался с социальными движениями, революционными практиками и попытками построения нового общества. Это позволит понять, каким образом идеология, на первый взгляд ориентированная на «нацию», взаимодействовала с идеями коллективизма и интернационализма.

Одной из центральных исследовательских линий станет вопрос о философском понимании национализма. Можно ли трактовать его не только как политический инструмент, но и как метафизическую идею самоопределения? И если да, то возможно ли применение этих подходов в рамках концепции рабочего самоуправления, которую развивают сторонники левой ирреденты? Этот парадокс — соединение национального и интернационального — редакция считает особенно важным для анализа.

Чтобы раскрыть тему во всей ее сложности, журнал планирует собрать широкий спектр материалов: интервью с философами, историками и политологами, а также дискуссионные статьи практиков общественного движения. Таким образом, создастся площадка для открытой полемики, где разные точки зрения смогут встретиться и оспорить друг друга. По замыслу редакции, это должно не столько дать готовые ответы, сколько расширить поле вопросов и возможных решений.

Параллельно продолжается работа над следующим печатным номером, посвящённым теме искусственного интеллекта. Но уже сейчас Цифровая Ласточка предлагает своим читателям вовлечься в обсуждение национализма, чтобы создать интеллектуальную основу для будущих дискуссий. Такой двойной вектор — исследование социальных идей и анализ цифрового будущего — отражает стратегию журнала: быть площадкой для разговора о самых сложных, трепещущих и противоречивых вопросах современности.

Перед вами – интервью с друзьями нашего журнала, проектом “Максималист”. Интервьюер: Каролина Грановская.

1. Почему вы определяете свою идеологию как левый национализм, и чем она отличается от других форм национализма в современной России?

Изначально национализм революционен и направлен на то, чтобы освободить свой народ от внешнего и внутреннего угнетения, построить государство, где он будет единственным источником власти. Хороший пример – Великая французская революция, с которой начинается история как французской нации, так и многочисленных французских республик. Сейчас наш народ лишён политической субъектности, возможности определять государственную политику. Поэтому революционный национализм вновь актуален и становится частью нашей идеологии.

От других форм национализма в современной России нас отличает то, что мы концентрируемся на исправлении причин проблем, а не на эмоциональном восприятии их самих. Нелегальная миграция, тлеющие очаги будущего сепаратизма и вседозволенность этнических диаспор – результат политики государства, которое не контролируется обществом и поэтому не выражает его интересов. Наша задача – исправить это, а не подменять борьбу за изменение государственной политики ксенофобской риторикой и призывами к внесудебным расправам.

2. Какие ключевые проблемы российского общества вы считаете наиболее актуальными, и как ваш проект предлагает их решать?

Основная проблема в том, что граждане не контролируют инструмент решения своих проблем – российское государство. Поэтому, например, вместо того чтобы сделать жильё доступным, оно принимает национальный проект «Доступное жильё» и даёт возможность зарабатывать застройщикам. В результате большая часть молодёжи, как и раньше, вынуждена жить либо с родителями, либо на съёмном жилье. Параллельно это же государство требует приобщиться к традиционным ценностям, начать создавать семьи и заводить не меньше трёх детей, переложив на нас ответственность за решение демографического кризиса. Нам создают невыносимые условия и требуют невозможного.

Мы предлагаем решить эту проблему, вовлекая граждан в политику и создавая механизмы контроля государства. Сейчас чиновники, депутаты и прочие функционеры принимают решения исходя из желаний своего начальства, влиятельных групп, к которым принадлежат. Чтобы это изменить, нужно сформировать гражданское общество и наделить тех его представителей, кто готов заниматься политической работой профессионально, всей полнотой власти.

Сделать это сразу привычным способом, с помощью модели представительной демократии, не выйдет. Она требует высочайшего уровня политизации общества и не меньшей сознательности граждан, их организованности в множество профессиональных, местных и иных сообществ. Сейчас этого нет, а без этого избранные представители быстро почувствуют отсутствие контроля и воспроизведут нынешнюю систему.

Мы предлагаем другую модель – гражданскую диктатуру как власть активистов, контролирующих друг друга, которую в свою очередь контролирует как общество в целом, так и структуры с другой специализацией: Академия и Протекторат. Где Академия – ассоциация наиболее образованных людей, занимающихся педагогической, научно-исследовательской и научно-технической работой, а Протекторат – строго иерархическая структура, объединяющая армию и военно-промышленный комплекс.

Сначала создание механизмов решения проблем, затем решение самих проблем, потому что по мере их решения будут возникать новые. Сегодня наиболее актуальны для российского общества проблемы низкой производительности труда, отвратительно работающих социальных лифтов, нелегальной миграции и произвола этнических диаспор, дефицита рабочих рук и множества других, не менее серьёзных и по большей части хронических. Завтра будут другие вызовы, и нам нужно не просто сделать рывок вперёд, преодолев то, что нам мешает сейчас, а организовать общество так, чтобы взятый темп развития не был потерян в будущем.

3. Как вы видите процесс демонтажа централизованного бюрократического аппарата в России, и какие механизмы могут его заменить?

Сейчас централизованные бюрократические структуры – это «чёрные ящики», внутреннее устройство которых зачастую настолько сложно, что какой-либо контроль их работы можно проводить только путём сравнения объёма выделенных ресурсов, планового и полученного результата. Из-за этого они быстро становятся вещью в себе и начинают учиться не работать, а правильно составлять отчётность, обосновывая свою необходимость и постоянно оправдывая собственную неэффективность внешними факторами.

Это хороший пример принципал-агентских отношений, где заказчиком выступает общество или его представители, а исполнителем – бюрократические структуры. Чиновники постоянно пытаются скрыть информацию о собственных возможностях и действуют оппортунистически, преследуя свои интересы в ущерб нашим. Произошедшая информационная революция дала нам инструменты, с помощью которых можно если не решить эту проблему до конца, то хотя бы значительно снизить её последствия.

Мы начинаем демонтаж централизованного бюрократического аппарата с того, что устанавливаем власть активистов над бюрократией, организуя их самих на принципах информационной прозрачности, перекрёстного контроля и персональной ответственности за результат. Затем активисты объединяются для управления территориями и отраслями, а централизованный бюрократический аппарат дробится на состоящие из разнообразных специалистов небольшие группы. Они переходят в подчинение отдельным активистам, которые и отвечают за их работу.

В дальнейшем активисты сами набирают себе группу из специалистов, помогающих им выполнять свою работу. Например, активист входит в территориальную группу, которой нужно в том числе поддерживать порядок на своей территории. Для этого один из них назначается ответственным за эту сферу и собирает под эту задачу группу, в которую входит эксперт-криминалист, несколько делопроизводителей и так далее.

4. Каким образом Гражданская диктатура будет обеспечивать участие граждан в управлении государством?

Прямое. Вы сможете присоединиться к ней и начать работать в территориальных или отраслевых группах Гражданской диктатуры. В них вы будете выполнять различные проекты и принимать решения в своей зоне ответственности, влияя на всё, что в ней происходит. Пример – район города, в котором вы сможете начать облагораживать общественные пространства и разбираться с накопившимися проблемами в жилищно-коммунальном хозяйстве. В процессе успешной работы вы начнёте наращивать политический капитал и увеличите своё влияние на решения, принимаемые голосованием активистов. Это обеспечит прямое участие граждан в принятии местных и общих решений.

Косвенное. Если вы не хотите становиться активистом и постоянно заниматься управлением, то всё ещё можно присоединиться к уже идущим общественным дискуссиям или начать свою, становясь авторитетом и формируя общественное мнение. Средства массовой информации – четвёртая власть, выполняющая функцию независимого надзора за работой государства, а свобода слова и собраний – фундаментальные права граждан, которые мы будем соблюдать. С их нарушения начинается утрата контроля общества над государством, что полностью противоречит нашим целям и ценностям.

Каждый желающий гражданин получит возможность принять участие в управлении государством. Форма участия зависит от того, насколько большую ответственность он готов на себя взять и как много готов сделать, чтобы увеличить своё влияние на принятие решений. Права и свободы у нас есть, пока мы готовы их защищать и осуществлять. Видите проблему – не относитесь к ней равнодушно, а примите либо прямое, либо косвенное участие в её решении.

5. Как вы планируете предотвращать концентрацию власти в руках одного лидера или группы в рамках Гражданской диктатуры?

Основной инструмент влияния в Гражданской диктатуре – политический капитал, зависящий от количества и объёма успешно выполненных активистом проектов. Дополнительный инструмент влияния – неформальный авторитет, с помощью которого активист может убеждать людей голосовать за то же решение, что и он.

И политический капитал, и неформальный авторитет активист получает, демонстрируя свою экспертность и способность организовывать работу. Поэтому для того, чтобы увеличивать своё влияние на принятие решений, ему нужно будет сильно стараться и постоянно проявлять себя лучше остальных, увеличивая свою долю в общем объёме политического капитала.

Для продавливания решений, которые они считают верными, активисты начнут объединяться в группы и координировать свою работу. Появятся партийные структуры со своими программами и политической конкуренцией, ведущейся публично и по общепринятым правилам. Чего мы и добиваемся.

В этих условиях узурпация власти одним лидером или группой активистов встретит ожесточённое сопротивление: – других активистов, уже организованных в группы и объединённых в партийные структуры; – народа, чья сознательность будет постоянно повышаться и за чьё вооружение мы выступаем; – Академии, объединяющей многочисленных научных и технических специалистов; – Протектората, контролирующего вооружённые силы и военно-промышленный комплекс.

Таким образом, чтобы один лидер или группа сконцентрировала власть в Гражданской диктатуре, им нужно обладать феноменальными способностями и заработать настолько большой авторитет в обществе, что их временное и неформальное решающее влияние на принятие решений будет скорее благом, чем проблемой.

6. Что такое политический капитал, и как он будет начисляться активистам? Не рискует ли эта система создать новую элиту?

Политический капитал – это показатель того, насколько успешно активист выполняет свою работу. Он исчисляется в баллах и нужен для снижения влияния субъективных факторов при оценке активиста, делая влияние на голосование зависящим не только от способности задавить своих оппонентов авторитетом или провести яркую предвыборную кампанию, но и от конкретных проверяемых заслуг.

Политический капитал начисляется за успешное выполнение проекта, для чего необходимо пройти несколько последовательных этапов: – Появляется заказчик проекта, который считает, что какая-то работа должна быть выполнена. Например – создать десять тысяч новых рабочих мест в авиастроении. – Заказчик подробно описывает цели проекта, объём работ, сроки выполнения. Одним словом – готовит проектную документацию, которую затем отправляет на голосование. – Активисты проводят голосование по проекту, принимая, отклоняя его или отправляя на доработку. Круг активистов, которые участвуют в голосовании, зависит от значимости проекта. Например, за проект местного благоустройства будут голосовать местные же активисты. – Для выполнения принятого проекта нужно найти исполнителя. Этим занимается заказчик, объявляя открытый конкурс среди активистов, желающих увеличить свой политический капитал. – Когда исполнитель найден, ему выделяются ресурсы. – Активисты начинают выполнять проект, организуя работу людей. – Заказчик оценивает результаты и, если всё в порядке, принимает их, после чего исполнителю начисляются баллы за его работу.

Система прозрачна, открыта и конкурентна. К ней может присоединиться любой гражданин и начать работать, чтобы увеличивать своё влияние и принять непосредственное участие в управлении государством. Ротация кадров в ней обеспечивается за счёт снижения доли в общем политическом капитале тех, кто работает хуже остальных.

7. Как ваша концепция позаказного производства будет учитывать индивидуальные потребности граждан, особенно в условиях разнообразия запросов?

Ключевая задача – постоянное увеличение ассортимента, набора товаров и услуг, предлагаемых экономикой. Она решается двумя способами:

1. Потребитель не находит то, что ему нужно, и заказывает разработку через специальное приложение. Оно интегрировано с Технологическим банком, поэтому запрос сразу передаётся представителям Академии и отраслевой ассоциации, в чьей зоне ответственности находится возникшая потребность. Совместно они проводят разработку и пополняют ассортимент, уведомляя заказчика и удовлетворяя его запрос.
2. Академия или отраслевая ассоциация открывают новые возможности и создают что-то, на что ещё нет спроса со стороны населения, но что наверняка может быть ему интересно в перспективе. Продукт разрабатывается и пополняет ассортимент, формируя спрос. В идеале создаётся новая отрасль, как это случилось с автомобилестроением или персональными компьютерами.

Мы исходим из того, что готовый заплатить потребитель получает желаемое, если это не противоречит законодательству. Его голос имеет решающее значение.

8. Как вы планируете преодолевать экономическое неравенство между регионами России, особенно между крупными городами и периферией?

В основу преодоления неравенства ляжет единый жизненный стандарт, разработанный Академией и включающий в себя набор моделей развития территорий. Главное требование к каждой модели – способность обеспечить воспроизводство и увеличение человеческого капитала, чтобы люди могли жить и развиваться там, где родились.

После того как эта работа проведена, начинается анализ всей территории России и её разбивка на множество зон, к каждой из которых подбирается и адаптируется своя модель. Уточнённая модель передаётся местным территориальным и отраслевым группам, которые создают ассоциацию и совместно с представителями Академии разрабатывают проекты, выступая заказчиками работ.

По проектам проводится голосование, они утверждаются, под них выделяются ресурсы, и начинается работа. Создаётся новое пространство для жизни, из которого гражданам не придётся уезжать для того, чтобы получить доступ к качественной медицине или досугу. Основное бремя ответственности ложится на местные территориальные группы Гражданской диктатуры.

Чтобы найти ресурсы для столь масштабных преобразований, придётся пойти на прекращение непомерного разрастания мегаполисов, Москвы и Санкт-Петербурга, а также большинства городов-миллионников, например Краснодара, Самары, Екатеринбурга, Казани и других. Сейчас строительная отрасль работает в основном на строительство тысяч новых человейников с множеством маленьких студий, которые можно продать в ипотеку нищей молодёжи, желающей вырваться в крупный город.

Мы развернём процесс вспять и начнём вкладываться в строительство там, где это не создаст непомерной дополнительной нагрузки на уже работающие сети. Не сотня новых домов на окраине существующего города-миллионника, из которых гражданам приходится ездить в центр на работу, убивая часы своей жизни в транспорте. Нет, наоборот: застройка и развитие малых городов с повышением в них качества жизни и созданием соответствующей инфраструктуры. Наш идеал – Россия, в которой молодому человеку не придётся никуда уезжать, чтобы реализовать свой талант и способность к труду. Особенно в Москву.

9. Какие конкретные меры вы предлагаете для повышения рождаемости в России, помимо социальных благ и гарантий занятости?

Вся государственная политика должна сосредоточиться на том, чтобы создать в России среду с постоянно растущим человеческим капиталом. В том числе за счёт повышения рождаемости до уровня, когда начнётся хотя бы воспроизводство численности населения. Поэтому социальные блага и гарантия занятости – только часть мер, создающих условия, в которых граждане не только захотят, но и смогут позволить себе создавать многодетные семьи. В дополнение к ним нужно:

1. Повышать производительность труда за счёт внедрения инноваций и без роста его интенсивности.
2. Создать новую среду для жизни, в которой не будет места таким социальным болезням, как наркомания, алкоголизм, бытовое насилие и уличная преступность.
3. Полностью убрать принуждение граждан к созданию семьи и рождению детей, потому что негативная мотивация в таких вопросах приносит только вред.

Суммируя: никакого навязывания традиционных ценностей и попыток заставить людей делать то, что нужно государству. Только формирование условий, в которых граждане снова смогут делать то, что и так делали многие поколения наших предков – создавать многодетные семьи. Сейчас мы не можем позволить себе этого, даже если хотим, вынужденно рационализируя свой выбор. Дайте нам 20 лет методичного развития, и мы преодолеем демографический кризис.

10. Как будет работать система “трудовых векселей” в безденежной экономике, и какие технологии необходимы для её реализации?

В безденежной экономике система трудовых векселей выступает как цифровой эквивалент «трудовых денег» – но без их превращения в капитал. Она замещает деньги как универсальное средство обмена, сохраняя при этом функцию учёта и распределения.

Система работает по нескольким основополагающим принципам:

1. Каждый работник регистрирует затраченное рабочее время.
2. Каждый час рабочего времени превращается в час нормативного времени. Он учитывает фактическое время работы, квалификацию и интенсивность труда.

Учёт квалификации труда происходит за счёт тарификации – установления коэффициента сложности. Он, в свою очередь, привязан к затратам на обучение.

Учёт интенсивности происходит за счёт, как бы мы это сейчас назвали, сдельной оплаты труда и систем мониторинга оборудования. Коэффициент работает как отношение между производительностью труда отдельного работника к средней производительности в данной отрасли (К = Пр/По). А системы мониторинга оборудования (по типу IoT-датчиков) могут напрямую отслеживать производительность рабочего и таким образом выявлять KPI.

Трудовые векселя являются заменой денег и имеют ряд отличий:

– Персональность. Трудовые векселя привязаны к определённому работнику и не могут быть переданы третьим лицам.

– Привязка к производству. В отличие от денег, эмиссия которых не привязана к непосредственному производству, трудовые векселя появляются только после затрат труда на производство. Таким образом, товарная масса в экономике всегда соответствует «денежной».

– Возможность тратить только на личное потребление. Векселя не могут быть потрачены на покупку средств производства или финансовых активов. Таким образом пресекается любой способ возможной эксплуатации труда одного человека другим.

11. Как вы оцениваете текущую экономическую ситуацию в России, и какие шаги необходимы для перехода к плановой экономике?

Экономика России находится в тяжёлом состоянии. С 2022 года годовой рост ВВП – 2,3% при общемировых 3%. И даже он обеспечивался восстановлением после рецессии 2022 года, нахождением новых рынков сбыта и инвестициями в военно-промышленный комплекс. Сейчас эти факторы исчерпали себя, о чём прямо говорится многими чиновниками и бизнесменами, начиная с Петербургского международного экономического форума.

Четверть федерального бюджета тратится на оборону, а она не производит потребительских товаров. Остатки отечественной гражданской промышленности проигрывают конкуренцию импорту из Китая, как это уже случилось с нашей автомобильной промышленностью: крупнейшие заводы, вроде КАМАЗа, перешли на четырёхдневную рабочую неделю. Инфляция, только по официальным данным, стабильно 9% с 2022 года. Резюмируя: начинается период ещё большего замедления темпов роста, мы либо входим, либо уже вошли в состояние рецессии.

Для перехода к плану нужно параллельно:

1. Внедрять систему предикативного планирования на предприятиях, подготавливая их к дальнейшей интеграции в общую систему.
2. Организовывать отраслевые группы Гражданской диктатуры и готовить их к тому, чтобы взять на себя управление ими.
3. Создавать благоприятное общественное мнение, демонстрируя результаты реорганизации работы предприятий.

По мере того как это происходит, начинается обобществление собственности на средства производства и переход к плановой экономике.

12. Какие риски вы видите в переходе к общественной собственности на средства производства, и как их можно минимизировать?

Основные риски при переходе мы видим в институциональном шоке:

1. Недостаток кадров.

Для работы аппарата гражданской диктатуры может попросту не хватить политических активистов. В этом случае органы ГД будут перегружены и не смогут эффективно выполнять свои функции.

2. Неподготовленная инфраструктура.

Для создания систем предикативного планирования и позаказного производства необходим комплекс передовых решений – от установки современного оборудования до перестройки систем поставок и управления. При резком переходе к общественной собственности производственные мощности могут оказаться неготовыми к институциональным переменам.

3. Общественный шок.

Российское общество может негативно воспринять радикальные реформы и начать их саботировать. Особенно это касается бывших предпринимателей, которые будут стремиться вернуть утраченную собственность. Не исключено сопротивление со стороны других политических организаций, недовольных новой системой.

Главный способ минимизации издержек – обеспечить плавность перехода за счёт:

1. Стимулирования граждан к активной политической деятельности.

Развивать гражданское общество и набирать из него людей в группы Гражданской диктатуры, давая активистам инструменты контроля над бюрократией и приучая их к работе в новой системе. Начать общественные дискуссии, чем больше – тем лучше.

2. Постепенного внедрения системы предикативного планирования в производство.

Предприятия заранее готовятся к переходу на плановые рельсы, и чем проработаннее планы интеграции, тем лучше результат. Как только управленческие и технические проблемы устраняются, предприятие национализируется и включается в общую систему.

3. Подготовки общественного мнения.

Решать конкретные проблемы людей: ликвидировать этнические анклавы, хотя бы частично решить вопрос с жильём, реорганизовать производство и дать людям более высокооплачиваемую работу. Основная задача – продемонстрировать преимущества новой системы.

Невозможно точно узнать, что нас ждёт в будущем, но выше обозначенные проблемы могут возникнуть. Мы готовы их решать, балансируя между политической необходимостью и издержками, которые влечёт за собой радикальное общественное переустройство.

13. Как ваша миграционная политика будет балансировать между потребностью в трудовых ресурсах и защитой национальных интересов?

Это не проблема, потому что методики давно отработаны в множестве других стран, например в Объединённых Арабских Эмиратах. Нам нужно разделить миграционный поток на две большие части и проводить в их отношении совершенно разную политику:

1. Трудовые мигранты приезжают к нам на заработки и используются для восполнения дефицита трудовых ресурсов. Их набором и проверкой занимаются заграничные представительства. Они приезжают сюда только на время работы и живут в специально отведённых районах.
2. Претендующие на гражданство проходят строгую процедуру отбора и доказывают свою полезность нашему государству. Получив вид на жительство, их задача – ассимилироваться в нашу культурно-языковую и правовую среду. Только после этого мы принимаем решение о том, давать им полноценное гражданство или нет.

Сейчас в России большой дефицит трудовых ресурсов, поэтому и трудовых мигрантов изначально нужно будет много. Постепенно мы избавимся от этой зависимости, повышая производительность труда, замещая труд капиталом. Например, в строительной сфере сейчас доминирует монолитное строительство, требующее большое количество низкоквалифицированного труда. Мы можем вывести крупнопанельное строительство на новый уровень и заместить сотни тысяч мигрантов десятками тысяч наших рабочих с большей квалификацией. Для этого нужно будет восстановить заводы железобетонных изделий и вложиться в их модернизацию, но это быстро окупится, сократив наши потребности в трудовых мигрантах.

Чем основательнее мы возьмёмся за модернизацию страны, тем быстрее мы найдём баланс между потребностью в трудовых ресурсах и защитой национальных интересов за счёт сокращения первой. Дефицит рабочих рук возник не просто так, поэтому нам нужно искать его причины, разбирая ситуацию в отдельных сферах вместе с отраслевыми специалистами и находя нетривиальные решения, как в примере выше.

14. Как вы планируете бороться с этническими анклавами и интегрировать мигрантов в российское общество?

Мы проведём ревизию принятых в Российской Федерации решений о выдаче гражданства, параллельно расселяя этнические анклавы и разделяя мигрантов на несколько категорий, к которым начнём проводить разную политику. Обобщая это:

1. Депортация нелегальных мигрантов, тех, кто не готов жить по новым правилам, и тех, кто уже успел получить гражданство и совершить преступление.
2. Статус трудовых мигрантов и переезд в специальные районы для тех, кто хочет продолжать работать.
3. Временный вид на жительство для тех, кто доказал свою полезность и готов пройти все необходимые процедуры отбора, чтобы получить шанс на получение гражданства.

Наша цель – привести всё в соответствие с обновлённой миграционной политикой, по которой происходит разделение желающих приехать на два потока: трудовых мигрантов и людей, претендующих на гражданство.

15. Как вы оцениваете роль Академии в вашей системе управления, и как будет обеспечиваться её независимость от Гражданской диктатуры?

Роль Академии в нашей системе не меньшая, чем у Гражданской диктатуры, пусть и менее явная. Она объединит специалистов из совершенно разных сфер, главное требование – наличие экспертности и готовность отвечать за научно-технический прогресс, стратегическое планирование и систему образования.

Независимость Академии обеспечивает её способность практически моментально парализовать работу всего государственного аппарата. Без её специалистов невозможно обслуживать критическую инфраструктуру, и попытка лишить её самостоятельности со стороны Гражданской диктатуры или Протектората встретит такое сопротивление, что они о ней тут же пожалеют.

16. Каким образом вы планируете стимулировать инновации в плановой экономике, избегая проблем “мягких бюджетных ограничений”?

Для устранения этой проблемы мы предлагаем ряд решений, которые заставят активистов внедрять инновации и уменьшать издержки, при этом не расходуя дополнительные ресурсы:

1. Политическая конкуренция.

Активист стремится увеличить своё влияние на принятие решений. Сделать он это может только наращивая политический капитал быстрее остальных. Для этого ему нужно или работать интенсивнее остальных, выполняя больший объём работы, или работать умнее, получая дополнительные баллы за снижение издержек. Внедрение инноваций – это оружие в конкурентной борьбе.

2. Ответственность.

Можно не только заработать больше баллов, внедряя инновации и снижая издержки, но и наоборот – получить штраф или вовсе провалить выполнение проекта. Активист, который не справляется, постепенно начинает отставать и затем выбывает из гонки. Его из неё исключают те, кто показывает лучшие результаты и забирает его зону ответственности себе.

3. Жёсткие бюджетные ограничения.

Технологический и трудовой банк выделяют именно столько ресурсов активисту, сколько ему нужно для выполнения заказа. Этот контроль обеспечивается за счёт учёта предельной производительности каждого узла данного производства. Это возможно за счёт установки систем предикативного планирования – IoT-датчиков, специального программного обеспечения – ERP и MES-систем. Они в реальном времени отслеживают все необходимые показатели и на их основе вычисляют предельную нагрузку. Ответственность за научный подход в этой сфере несёт Академия, а за практическую реализацию – отраслевые ассоциации Гражданской диктатуры.

17. Как ваша система предикативного планирования сможет избежать дефицитов и перепроизводства, характерных для плановых экономик прошлого?

Это обеспечивается за счёт позаказной системы. Ранее невозможно было выявить потребности населения досконально, что иногда становилось причиной избыточного дефицита или перепроизводства товаров. Всё упиралось в технологический уровень – приходилось опираться на данные прошлых лет и на их основе составлять планы.

Предикативное планирование решает эту проблему при помощи позаказной и мультиагентной систем. Каждый акт запланированного потребления регистрируется и сразу поступает на производство. Действует принцип: сначала заказ – потом производство. При этом мы не говорим, что человеку придётся ждать свою булочку с джемом три дня, пока её сделают на кондитерском заводе – совсем нет. Человек купил продукт в магазине – это сразу отобразилось в системе как потреблённая единица. Затем информация об этом поступает на производство, которое уже внесло эту булочку в свой план производства. Это и называется позаказной системой. Это распространяется только на товары массового спроса – которые можно купить прямо тут и сейчас без заморочек. Если человек хочет чего-то специального или экзотического, под себя, то вполне может это заказать через прямую систему доставки по типу сегодняшних «Wildberries» или «Ozon». В системе не может возникнуть ситуации, когда каких-то товаров слишком много или мало – любой товар поступает в производство только тогда, когда был заказан. Таким образом, в экономике соблюдается равновесие.

18. Как вы относитесь к текущей миграционной политике в России, и какие изменения вы считаете необходимыми?

Она отвратительна, и её нужно изменить так, как мы отвечали ранее: разделить миграционный поток на две части – трудовую миграцию и людей, желающих в будущем стать гражданами нашего государства. Трудовых мигрантов набирать и проверять ещё на их родине, давая приехать в Россию только для той работы, которая нам нужна. Селить их в специальных районах, а не давать им свободно перемещаться по стране и ходить по одним улицам с нашими детьми. Желающих стать нашими гражданами строго проверять и давать вид на жительство только при условии, что они готовы интегрироваться в нашу культурно-языковую и правовую среду. Делать гражданами только после того, как они докажут свою полезность нашему обществу.

Вместо этого сейчас мы видим огромный миграционный приток, которым нынешняя власть пытается компенсировать собственную некомпетентность в решении демографического кризиса и дефицита рабочих рук. Этот поток практически никак системно не контролируется, в России живёт и работает большое количество нелегалов или тех, кто формирует этнические анклавы и относится к нам как к чужакам. Дополнительно ситуацию усугубляет коррумпированность Федеральной миграционной службы, служащие которой готовы выдавать гражданства и разрешения на въезд даже тем, кто не умеет не то что писать, но даже нормально говорить на русском языке.

С помощью новой миграционной политики мы изменим ситуацию и снизим уровень преступности в наших городах, сделаем их безопаснее. Избавимся от районов, в которых зашкаливает процент приезжих и из-за чего в них случаются инциденты вроде убийства баранов на детских площадках. В России вы либо ведёте себя так, как диктуют наши культурно-языковые и правовые нормы, либо вы отсюда уезжаете. Наши люди начнут чувствовать себя комфортно, зная, чего можно ожидать от окружающих, и не боясь отпускать детей на улицу.

19. Как вы планируете решать проблему радикального исламизма в России, учитывая его социальные и экономические корни?

Корни радикального исламизма в России – это нищета большинства населения в традиционно мусульманских регионах Северного Кавказа и миграционная политика нынешней власти, пропускающей в страну миллионы человек из Средней Азии без их адекватной проверки.

Сейчас Ингушетия соревнуется за звание самого бедного региона только с Тывой, а в Чечне общество так и осталось на уровне традиционного, в городах живёт 36,7% населения. Как показал опыт Ближнего Востока, в этих условиях лишённые социальных перспектив люди, пытаясь понять, кто виноват и что делать, находят ответы в культурно близком религиозном фундаментализме.

Чтобы решить проблему, нужна полноценная интеграция Северного Кавказа в остальную Россию. Экономическая – через модернизацию и создание новых рабочих мест, решение проблемы безработицы и безденежья местного населения. Социальная – через урбанизацию и приобщение его к нашим культурно-языковым, а затем и правовым нормам. Это выбьет почву из-под радикального исламизма в этом регионе.

С приезжающими из Средней Азии мы разберёмся с помощью новой миграционной политики. Трудовые мигранты начнут жить под контролем в специальных районах, а претендующие на гражданство будут проходить строгий контроль и им придётся доказывать свою способность интегрироваться в наше общество.

Из Таджикистана люди пытаются к нам приехать потому, что это беднейшая страна своего региона, и люди вынуждены искать лучшей доли за границей. Мы начнём работать с теми силами, которые способны запустить у себя процессы общественной модернизации, сделать их нужными на своей родине. Без этого мы рискуем получить резкий рост радикального исламизма у близких соседей.

20. Как вы видите роль образования в формировании нового общественного устройства, и какие ценности будут в его основе?

Как ключевую. Задача системы образования – обучить людей пользоваться всеми возможностями нового общественного устройства и дать им мотивацию развивать его дальше. Поэтому ценности, которые лягут в её основу, – самостоятельность, тяга к знаниям и желание постоянно совершенствовать мир вокруг себя.

21. Как ваша идеология левого национализма соотносится с правами этнических меньшинств в России?

Нация и этнос – это разные этапы развития общности, поэтому один человек может быть одновременно носителем национальной и этнической идентичностей. Поэтому наша идеология левого национализма никак не противоречит правам этнических меньшинств. Мы не собираемся запрещать людям говорить на своём языке и вести себя так, как этому их учит этническая культура. Единственное наше требование – знание русского языка и соблюдение правовых норм, основанных на национальной культуре.

22. Какие шаги вы предлагаете для восстановления доверия граждан к государственным институтам?

Для этого нужно начать с чистого листа и сразу позиционировать государственные институты как инструменты, с помощью которых гражданин сможет улучшать свою жизнь. Дальше дело за практикой, которой нужно подтвердить обещания новой власти.

23. Как вы планируете привлекать активных граждан к участию в Гражданской диктатуре, особенно в условиях апатии и недоверия к политическим процессам в России?

Продемонстрировав им возможности, которых они сейчас лишены: брать на себя ответственность за участок работы, а затем влиять на принятие решений, участвовать в общественных дискуссиях и голосованиях без риска репрессий за инакомыслие. Процесс преодоления апатии и недоверия к политическим процессам нужно начать с создания открытой, публичной и конкурентной системы власти.