Данная работа представляет собой анализ эволюции русского национализма в российских СМИ и массовом сознании в период с 2008 по 2025 год, с особым акцентом на специальную военную операцию. Автор исследует парадоксальную природу современной российской политической системы — «демократии без демократов», где антидемократические силы функционируют в рамках демократических процедур. Через призму идеологических трендов, медийных персонажей и фронтовых реалий раскрывается противоречивая логика конфликта, в котором русские националисты объективно создают условия для выживания интернационалистов и носителей альтернативных идеологий. Работа предлагает диалектическое осмысление того, как русский национализм может подготавливать условия для собственного исчезновения и торжества коллективистского интернационализма.
Автор: В. Е. Бугера
Введение: немного фронтового ариософского юмора
— Что это за шеврон у вас на бронежилете, товарищ прапорщик?
— Череп с костями, товарищ полковник.
— Где вы его взяли?
— Я не помню, товарищ полковник.
— Что написано у вас на шлеме?
— «Смерть нацизму», товарищ полковник.
— Ты написал «Смерть нацизму» на шлеме, а сам носишь значок с символом эсэсовцев. Это что, какая-то идиотская шутка?
— Никак нет, товарищ полковник!
— Что это значит?
— Я не знаю, товарищ полковник.
— Я уже вижу, что ты немного знаешь.
— Никак нет, товарищ полковник!
— Соедини-ка свою голову и жопу в одно целое, а не то узнаешь, что такое 2 процента!
— Есть, товарищ полковник!
— Отвечай на мои вопросы, или отправишься под Сковородино!
— Я думал, что это отображает дуалистичность СВО, товарищ полковник.
— Что?
— Дуалистичность СВО. Это следует из слов Верховного, товарищ полковник.
— Ты на чьей стороне, сынок?
— На нашей стороне, товарищ полковник.
— Разве ты не любишь свою страну?
— Люблю, товарищ полковник!
— Ну тогда будь как все. Присоединяйся к команде и двигайся к большой победе.
— Есть, товарищ полковник!
Этот анекдот — из одного довольно популярного телеграм-канала, который ведёт находящийся на фронте действующий фронтовик. Такие каналы, которых очень много, сами бойцы СВО называют «низовым военным телеграмом». И нередко иронизируют в них по поводу того, что как боевики ВСУ, так и ведущие антифашистскую войну российские бойцы сплошь и рядом задействуют… стыдливо говоря, ультраправую, а называя вещи своими именами — фашистскую символику.
Иронизируя, российские военные часто переходят на суржик, используя украинские слова. Вот пример такой иронии из «низового военного телеграма»:
«Народы браття же. У обеих сторон черепа-кости, волки и вороны, торы-одины и прочие 1488. И обе стороны громче всех орут, обвиняя друг друга в нацизме и фашизме».
Итак, поговорим о русском национализме в массовом сознании и в средствах массовой информации (СМИ) до и после начала СВО и о том, почему война, в которой участвуют русские националисты — в том числе и фашисты, — всё-таки антифашистская.
1. Идеологические тренды в российских СМИ
Автор этих строк систематически исследует идеологические тренды в российском телеэфире и Рунете с 2008 г. по сей день. Выводы, ставшие содержанием данной статьи, являются результатами этих исследований, публикующимися впервые.
В течение рассматриваемого нами 17-летнего промежутка времени не было каких-то ярко выраженных этапов, чётко отличающихся друг от друга, которые можно было бы выделить в процессе распространения и модификации идеологем русского национализма в электронных СМИ и в массовом сознании россиян. Популярность одних и тех же комплексов идей, мифов, политических установок нарастала плавно — хотя и всё убыстряющимися темпами, но без резких скачков.
Да, в политической истории России с 2008 по 2025 гг. включительно определённо выделяются несколько разных этапов, и субъективное восприятие этих этапов отдельными людьми, малыми и большими социальными группами и сообществами резко различается, но этим различиям не находится соответствий в виде каких-то смен парадигм в идеологии русского национализма — парадигм, транслируемых СМИ и закрепляющихся в массовом сознании тех или иных слоёв и групп российского общества. Всё те же системы идеологем и образов, только всё более концентрированные и всё более популярные.
Можно выделить разные этапы в том, как именно эти идеологемы и образы транслируются на отдельных федеральных телеканалах, радиоканалах и группах интернет-ресурсов. Очень интересно отслеживать распределение этих идеологем и образов в разное время на разных информационных ресурсах — как и когда они переходят с одного телеканала на другой, на каких интернет-ресурсах они распространялись до перехода в телеэфир, а на какие перекочёвывают с телеэфира; и здесь как раз можно выделить определённые этапы этого своеобразного «разделения труда» между разными российскими СМИ. Но эти этапы, хотя и связаны с этапами политической истории России 2008–2025 гг., но совершенно не прямой, крайне нелинейной и запутанной связью.
В результате получилось так, что русский национализм в массовом сознании и в российских СМИ до и после начала СВО принципиально не отличается по своему содержанию, а по своей распространённости и интенсивности отличается меньше, чем, например, до и после 2014 года. Те же установки, те же комплексы идей и мифологических (в том числе историософских и конспирологических) образов, те же тренды в их развитии. И те же формы и методы подачи всего этого содержания в интернете, телеэфире и на радио. Разве что «говорящие головы» постепенно сменяются новыми.
2. Александр Сытин как архетип русского фашиста и зеркало российской демократии
В ток-шоу на таких популярных федеральных телеканалах, как Первый, НТВ, а на протяжении ряда лет также и «Россия-1», есть одна любопытная особенность, связанная с постоянным присутствием политолога Александра Николаевича Сытина. Этот гитлеровец, обожающий делать крайне прозрачные намёки на свои симпатии к Третьему рейху и с неприязнью отзываться о русском народе как о «левом» по своей природе, на протяжении многих лет постоянно приглашается на ток-шоу и практически каждый будний день мелькает то на одном, а то и на двух федеральных телеканалах сразу. Сытин до 2023 г. включительно поддерживал в своих выступлениях даже не любых украинских националистов, а именно фашистов, и задолго до начала СВО «прославился» тем, что на глазах у миллионов российских телезрителей выступал за… физическую ликвидацию населения Донбасса как неполноценного. Это, кажется, было единственным из высказываний Сытина, за которое ему всё же пришлось впоследствии извиниться в прямом эфире. В течение 2023–24 гг. Сытин очень постепенно перестал поддерживать Украину и украинских фашистов — и то лишь потому, что в его глазах Зеленский является слишком левым, а украинским националистам, в свою очередь, поддержка со стороны Сытина казалась слишком сдержанной и половинчатой, и они начали травить его в соцсетях как «москаля».
При всём этом Сытина всегда очень интересно подают на российских телевизионных ток-шоу. С одной стороны, в качестве ярко выраженного расиста, исламофоба и русофоба он является показателем свободы слова в России: вот, мол, даже такому персонажу дают свободно высказаться. Однако с другой стороны, он выступает вовсе не как мальчик для битья, а как… мудрый пожилой джентльмен, к словам которого почтительно прислушиваются — и даже когда спорят, то делают это с очевидным почтением. Дело в том, что Сытин постоянно декларирует свою приверженность крайне иерархическому устройству общества, патриархальной морали, сочетающейся с ярко выраженной гомофобией, христианской религиозности (став взрослым, он принял католичество), а также свои симпатии к западным ультраправым (прежде всего к евроскептикам) — то есть всему тому, чему привержены в России не только антилиберальные ультраправые, но и те, кто сегодня называют себя «либералами-имперцами» (патриархом которых на сегодняшний день является один из «прорабов перестройки», сподвижник Анатолия Собчака Сергей Станкевич — частый гость ток-шоу на телеканалах НТВ и ТВЦ; правда, в отличие от Сытина, который выступает в дневных ток-шоу, Станкевич появляется в телеэфире с приходом ночи).
Короче говоря, основные идеологемы, которые транслирует в массы Сытин, являются общими для всех российских правых и крайне правых. А то, что он является исламофобом, позволяет ему — так же, как это делают многие западные неофашисты, — прятать свой антисемитизм за проявлениями солидарности с Израилем. Что, в свою очередь, делает его приемлемым собеседником не только для «либералов-имперцев», но и для менее правых разновидностей либералов. Так что аудитория, на которую может влиять Александр Сытин, оказывается разнообразной и довольно широкой — и влияние это утверждает в массовом сознании те же основные идеологемы русского национализма, которые транслируют как официальные СМИ, так и наиболее влиятельные оппозиционные интернет-ресурсы. Вот почему этот политолог, о котором даже статьи в Википедии нет, стал одним из наиболее медийных персонажей в России после 2014 г.
Пример Сытина является одной из множества иллюстраций сразу двух важных характеристик русского национализма в политической жизни и в масс-медиа.
Первая: русский национализм правящего режима и русский национализм оппозиции имеют общие базовые установки, а также похожи во многих деталях второго и третьего порядка. В этом нет ничего уникального: в большинстве буржуазных государств дело обстоит точно так же.
Вторая: и современный российский политический режим, и медийная среда современной буржуазной России характеризуются одновременно преобладанием противников буржуазной демократии и демократическим характером взаимоотношений этих антидемократов между собой и с государственной властью. Существуют плюрализм мнений, конкурентная борьба партий, дискуссии в масс-медиа. Всё это ограничено достаточно жёсткими рамками, но наличие более или менее жёстких рамок для свободы дискуссий и многопартийности — это правило любой буржуазной демократии. Специфичным для современной российской буржуазной демократии является именно то, что как массовую популярность, так и обеспечение своих демократических прав обретают прежде всего те движения, организации, активисты и медийные персоны, которые ругают демократию.
Современная Россия — это демократия без демократов. В противоположность Украине, где по сравнению с Россией демократии нет — зато подданные украинской державы, почти лишённые разнообразия мнений и свободы дискуссий (межклановая борьба есть, и массы на улицы выводятся, но в отличие от России, где настоящий русофоб Сытин может многие годы подряд вещать из каждого утюга, в украинских масс-медиа не то что настоящим украинофобам — многим разновидностям умеренных украинских националистов свободно высказаться никак невозможно. Что показывает, например, судьба Виктора Медведчука и его сторонников), обязаны произносить ритуальные формулы восхвалений свободы и демократии.
3. СВО: война демократии без демократов против «демократического» фашизма
Чтобы лучше понять, благодаря чему война между Россией и Украиной является войной между российской буржуазной демократией и украинским фашизмом, обратимся к тем организациям, которые называют себя коммунистическими, социалистическими и анархистскими.
На Украине в 2022 г. была запрещена даже Социалистическая партия Украины, несомненно придерживавшаяся украинского национализма в его левом варианте на протяжении десятилетий. Легально позволено существовать лишь тем краснознамённым организациям, которые очень истово поддерживают украинский национализм. То же — с организациями, поднимающими чёрное знамя анархизма. Всех иных не просто не регистрируют — душат на корню.
В России либо официально зарегистрированы, либо по факту существуют и не додавливаются властью не только такие краснознамённые организации и чернознамённые группы, которые очевидно придерживаются русского национализма в оболочке «советского патриотизма», но и такие, у которых либо такого национализма точно нет, либо его наличие можно оспаривать. Например, Российская коммунистическая партия (интернационалистов) не поддерживает ни одну из сторон в СВО — и при этом существует не в подполье, действует открыто, что совершенно невозможно для организаций с аналогичной позицией на Украине. Российское государство преследует активистов таких организаций и групп далеко не так интенсивно, как делает это украинское государство.
И в России, и на Украине вроде бы существует многопартийность. Но на Украине, в отличие от России, выборы перестали проводиться регулярно — в соответствии с законом, — а многопартийность столь же ограничена и формальна, сколь она была в хортистской Венгрии или Румынии времён Антонеску. В России же буржуазная демократия, хоть и сильно урезана, но продолжает жить. И вот парадокс: русские националисты, поддерживая СВО, объективно… защищают право на существование интернационалистов, одинаково выступающих против обеих буржуазных сторон в этой войне.
Фактом, хорошо наблюдаемым в процессе общения с жителями Донбасса (особенно в течение нескольких десятилетий — в том числе и с перерывами, и с разными поколениями) и прослеживаемым по различного рода литературе, является то, что Донбасс населяет такая общность людей, в которой ещё с XIX века начала формироваться сравнительно высокая предрасположенность к бытовому интернационализму. В течение ХХ века эта предрасположенность — очень способствующая будущему переходу к коллективистскому самоуправляемому обществу — возрастала и становилась всё устойчивее. Россия, защищая с 2014 г. граждан ДНР и ЛНР от укрофашистского геноцида, тем самым спасала от уничтожения заповедник бытового интернационализма — проблеск светлого будущего человечества в его националистическом настоящем.
Более того. Согласно статье на русском националистическом интернет-ресурсе Миртесен, среди молодёжи Донбасса растёт процент тех, кто не поддерживает ни одну из сторон в СВО. Открыто выражать такие взгляды им нелегко — но на Украине это было бы совершенно невозможно. Парадокс: русские националисты, поддерживая СВО, объективно… охраняют этих молодых людей от физического уничтожения украинскими фашистами и создают условия для постепенного умножения их количества в условиях российской буржуазной демократии. Для физического выживания носителей бытового интернационализма и потенциальных сторонников интернационализма политического.
Дуалистичность СВО — говоря словами фронтового анекдота…
Происходит это благодаря тому, что борющиеся между собой за власть в России политические силы — носительницы разных вариантов идеологии русского национализма — вынуждены апеллировать как к традициям СССР, так и к традициям Российской империи, Московского царства и домосковского периода. Все эти традиции очень сильно увязаны в массовом сознании с идеологемами русского национализма — благодаря чему обеспечивается воспроизводство очень разных политических сил, каждая из которых критикует буржуазную демократию, но все вместе они вновь и вновь воспроизводят конкурентно-демократическую среду. От украинского национализма традиции СССР отсечь гораздо легче: именно поэтому массовые коммунистические и социалистические организации, соединявшие умеренный украинский национализм с традициями СССР, для откровенно националистической власти оказалось легко не просто запретить, но пресечь их воспроизводство, тем самым создав фашистский режим в стиле Антонеску или Хорти.
В России так не получится: запрети российские компартии — тут же влиятельные круги бизнеса и чиновничества создадут их аналоги под новыми названиями, в которые сразу же хлынут многие тысячи людей, и никакая сколь угодно сильная вертикаль исполнительной власти не сможет продолжать запрещать эти аналоги. В России бизнесу и власти гораздо выгоднее работать одновременно и с легальными националистами-коммунистами, и с легальными националистами-антикоммунистами, тем самым сохраняя буржуазную демократию. Хоть эта демократия (сложившаяся в таком виде, как она есть сегодня, после 2012 г. — после краха тех российских либералов, которые не определяют себя как «либералы-имперцы») и без демократов, но при том она вполне реальна. Прямых аналогий в Европе первой половины ХХ века не имеет… И вот в условиях этой-то буржуазной демократии люди с бытовым и даже с политическим интернационализмом могут выживать и приумножаться.
Интересно то, что в Белоруссии, казалось бы, меньше демократии, чем в России. Но она-таки тоже есть — и в её условиях, по ряду причин, интернационалистам ещё легче выживать и воспроизводиться, чем в России. Опять выходит, что на самом деле всё не так, как кажется на первый взгляд…
Получается, что успехи буржуазной России в войне против буржуазной Украины — и поддерживающие эту войну русские националисты разной степени правизны — в конечном счёте создают условия для того, чтобы после этой войны успехов достигали те политические силы, которые задним числом в равной степени осудят все буржуазные государства, участвовавшие в ней. Это кажется абсурдом, но на самом деле это диалектика: сейчас очень достойное дело — поддержать СВО ради того, чтобы впоследствии в классовой борьбе побеждали те силы, представители которых осуждают поддерживающих СВО так же, как и поддерживающих Украину.
Это тот случай, когда достойно защитить тех, кто упрекает тебя за действия, направленные на их защиту.
4. Русский ирредентизм: от российского империализма — к международной Руси
Защищая бытовых интернационалистов, создаются условия и для того, чтобы русский ирредентизм во всё большей степени трансформировался бы — несколько перефразируя слова Г. Я. Шпрее — из политической доктрины территориального расширения в культурно-экономический процесс объединения, направленный на формирование идентичности со сколь угодно широкой территориальной локализацией через синтез русской культуры с многообразием региональных традиций. Процесс, основывающийся на добровольном культурном выборе, экономическом сотрудничестве и нейролингвистических механизмах распространения языка и культуры.
Именно идентичности со сколь угодно широкой территориальной локализацией — а не только евразийской, о которой говорил Шпрее: как получится, так и получится… Если восточнославянские говоры и диалекты начнут восприниматься как единый спектр русских языковых форм, нанизанных на стержни русских литературных языков (великорусского, белорусского, украинского и как минимум двух русинских); если давно уже ставший международным великорусский литературный язык не только сохранит, но и расширит своё проникновение в культуры многих разных народов не посредством политических усилий сверхдержавы, а благодаря развитию интернационалистических социальных движений, борющихся за коллективистскую организацию общества (основанную на самоуправлении, с преобладанием горизонтальных управленческих связей, в которой централизм играет вторую, подчинённую роль по сравнению с федерализмом), — то Русь как межрасовая, межэтническая культурная среда, формирующая идентичность, единую не как стандарт/монолит, а как спектр вариаций единого, может раскинуться хоть на всех континентах, сосуществуя и переплетаясь в одном и том же пространстве с другими, аналогичными культурными средами. Термин «евразийская» к такой среде совершенно не подойдёт, как и любые другие термины, связанные хоть с «почвой», хоть с «кровью».
5. Заключение
Так русский национализм диалектически подготавливает исчезновение национализма как такового, включая и себя самого. Подготавливает торжество коллективистского интернационализма.
Ссылки
- Бугера В. Е. Сущность человека. М.: Наука, 2005. URL: https://web.archive.org/web/20171001225804/http://www.dialog21.ru/biblio/essence1.htm (О значении термина «коллективизм» в контексте теории трёх типов отношений управления и собственности)
- Шпрее Г. Я. Русский ирредентизм XXI века: от территориальных амбиций к культурно-экономическому единству. URL: https://digitalschwalbe.online/russkijj-irredentizm-xxi-veka-ot-territorialnykh-ambicijj-k-kulturno-ehkonomicheskomu-edinstvu/
- В Донецке появились молодые люди в чёрном. Какую другую жизнь они выбирают? // Миртесен. URL: https://absolute-rating.mirtesen.ru/blog/43021076424/V-Donetske-poyavilis-molodyie-lyudi-v-chernom-Kakuyu-druguyu-zhi
